Мосье Фуане свернул сигарету и закурил.

- У вас нет средств?

- Очень небольшие, - ответил Филип, чувствуя, как у него леденеет сердце. - На них не проживешь.

- До чего же унизительно вечно думать о том, как прожить! Мне противны люди, которые презирают деньги. Это либо лицемеры, либо дураки. Деньги - это шестое чувство, без него вы не можете как следует пользоваться остальными пятью. Не имея приличного заработка, вы лишены половины того, что дает жизнь. Единственное, чего нельзя себе позволять, - это тратить больше, чем зарабатываешь. Люди говорят, что нужда - это шпора, которая подгоняет художника. Тот, кто так говорит, никогда не чувствовал, как острое железо впивается в тело. Он не знает, как нужда растлевает душу... Она подвергает бесчисленным унижениям, подрезает крылья, как язва, въедается в сердце. Не нужно богатства, но дайте же человеку столько, чтобы он мог сохранить свое достоинство, творить без помехи, быть щедрым, великодушным и независимым. Я от души жалею художника - пишет ли он книги или картины, - если его существование целиком зависит от его творчества.

Уильям Сомерсет Моэм, "Бремя страстей человеческих"

P.S. Эта цитата вспомнилась, как реплика на комментарий в предыдущем посте.

Вчера, стоя у банкомата, услышал за спиной какие-то причитания. Повернувшись, увидел старушку, которая без остановки говорила:

- Как же я хочу хлеба! Если бы мне кто-то дал кусочек хлеба! Как же я хочу хлеба, черного или белого. О... как я хочу хлеба...

Сначала я подумал что такое невозможно и, может быть, старушка в маразме. Потом вспомнил, что точно такую ситуацию кто-то описывал в ЖЖ и у меня мороз пошел по коже. Почти в ступоре я понажимал кнопки у банкомата, не в силах поверить в реальность ситуации Я снимал деньги с целью зайти в магазин перед поездкой на дачу. До магазина метров 150 и я подумал, что я быстро на велосипеде метнусь, догоню старушку и дам ей хлеба, тем более, что она не шла никуда целенаправлено, а вроде как прохаживалась по тротуару в надежде на помощь.

Напрасно я ее не остановил и не забрал с собой. Через 10 минут, выскочив из очереди, я не нашелл ее на тротуаре. Медленно и внимательно объездил все в радиусе метров 300, а бабушки не нашел - хлеб так и остался у меня.

Стыдно, глупо и жалко - ничего же не стоило её позвать. Не стоит, видимо, стесняться, делая добро. Но больше всего мне стыдно за то, что в наше время возможны такие старушки, причитающие о хлебе, о котором мы порой не задумываемся. Да по большому счету сам хлеб нам не еда, просто с ним едят борщ. Но когда его нет - беда...

Не медлите, делая добро.

Женщина пришла в отчаяние.

- А что мы будем есть всё это время? - Она схватила полковника за ворот рубашки и с силой тряхнула его. - Скажи, что мы будем есть?

Полковнику понадобилось прожить семдесят пять лет - ровно семдесят пять лет, минута в минуту, - чтобы дожить до этого мгновения. И он почувствовал себя непобедимым, когда чётко и ясно ответил:

- Дерьмо.